Супрагенетика — причины войн и миграций

На протяжении всей истории человечества войны повторяются снова и снова.

Меняются государства.

Эволюционируют религии.

Эволюционируют экономические системы.

Развиваются технологии.

Меняется оружие.

Но одно остаётся неизменным.

Каждые несколько поколений человечество вновь оказывается втянутым в масштабную войну.

Почему это происходит?

История.

Политика.

Экономика.

Социология.

Все эти науки достаточно хорошо объясняют причины конкретных войн.

Но значительно хуже отвечают на другой вопрос.

Почему сам механизм войны повторяется на протяжении тысячелетий?

В этом ролике предлагается новая научная гипотеза.

Она рассматривает войну не как первопричину исторических событий, а как следствие более глубоких процессов, связанных с развитием человеческих популяций.

Если внимательно посмотреть на историю, можно заметить одну удивительную закономерность.

Практически каждая крупная война сопровождается массовыми миграциями населения.

Люди покидают обжитые территории.

Изменяются государственные границы.

Перемешиваются народы.

Война сопровождается элиминацией части генотипов, в том числе мужчин репродуктивного возраста.

Одновременно возникают новые семьи и начинается генетическое смешивание ранее относительно изолированных человеческих популяций.

В результате изменяется структура популяций, нарушается сложившаяся территориальная симметрия генотипов и при образовании зигот возникают новые варианты их сочетания.

Обычно всё это рассматривается как трагическое последствие войны.

Однако возникает вопрос.

Что если всё происходит наоборот?

Что если массовые миграции и изменение структуры популяций являются не просто последствиями войны, а частью более глубокого процесса биологического развития человеческой цивилизации?

Предлагаемая теория исходит из того, что развитие разумной цивилизации определяется не только экономикой, политикой или культурой.

Существует ещё один фактор.

Способность общества сохранять и развивать свой интеллектуальный потенциал.

То есть сохранять способность оставаться Носителем Разума.

Чтобы объяснить этот фактор, необходимо ввести новое понятие.

Оно называется супрагенетическим уровнем организации.

Супрагенетика не заменяет классическую генетику.

Генетика изучает наследственную информацию, записанную в молекулах ДНК.

Однако современная молекулярная биология показывает, что функционирование генома определяется не только последовательностью ДНК.

Существенную роль играет пространственная организация хроматина и хромосом в клеточном ядре.

Трёхмерная архитектура генома участвует в регуляции экспрессии генов, развитии организма и клеточной дифференцировке.

Кроме того, свойства молекулярных систем определяются не только химическим составом составляющих их молекул, но и характером их пространственного взаимодействия.

Такие взаимодействия изучает, в частности, супрамолекулярная химия.

Она рассматривает системы, возникающие в результате взаимодействия молекул без образования между ними новых ковалентных связей.

Такие структуры способны приобретать свойства, отсутствующие у отдельных составляющих их молекул.

На этом научном фундаменте теория Супрагенетики предполагает существование дополнительного уровня организации информации в геноме.

В отличие от генотипа, наследуемого от родителей, супрагенотип, согласно гипотезе, формируется заново при каждом слиянии мужской и женской гамет.

При объединении родительских генотипов возникает дополнительный уровень пространственной организации, определяющий архитектуру и резонансные свойства аппарата мышления будущего организма.

Именно особенности этого аппарата, согласно теории, определяют способность организма стать Носителем Разума.

Предполагается, что определённые пространственные конфигурации супрагенотипа, в том числе структуры с пропорциями, описываемыми последовательностью Фибоначчи, могут обеспечивать более высокие резонансные свойства аппарата мышления и тем самым повышать его производительность по Разуму.

Поэтому сохранение генетического разнообразия критически важно для повышения вероятности формирования разумного супрагенотипа в человеческой популяции.

Согласно предлагаемой теории, длительное существование популяции в относительно изолированных территориальных условиях приводит к формированию территориальной симметрии генотипов, сокращающей разнообразие их комбинаций при образовании зигот.

В результате снижается вероятность формирования супрагенотипов, обеспечивающих высокую производительность аппарата мышления по Разуму.

Может уменьшаться доля людей, способных создавать принципиально новые знания, совершать научные открытия, создавать произведения искусства и принимать нестандартные решения.

Это приводит к менее эффективному использованию ресурсов, предназначенных для разумной деятельности, и постепенному снижению интеллектуального потенциала общества в целом.

Что происходит дальше?

Прежде всего изменяется характер общественного сознания.

По мере снижения интеллектуального уровня общества его интеллектуально наиболее активная часть постепенно теряет интерес к политической жизни.

Политическая среда всё меньше соответствует её потребности в анализе происходящего, поиске закономерностей и выработке новых решений.

В результате участие интеллектуальной части общества в формировании политических решений сокращается.

Одновременно всё меньше людей самостоятельно анализируют происходящее.

Всё больше — принимают готовые ответы.

Эмоции, связанные с физиологическими потребностями, постепенно получают приоритет над эмоциями Разума, реализуемыми в сознании в том числе через восприятие красоты и справедливости.

Приоритеты Разума уступают место национальным, религиозным и групповым интересам.

Принцип «свой — чужой» становится важнее поиска истины.

Общество всё чаще воспринимает представителей других народов не как людей, а как носителей чужих интересов.

Чем сильнее становится это разделение, тем легче оправдать насилие.

Эмоциональная дистанция постепенно превращается в политическое противостояние.

Сложные проблемы начинают объясняться простыми лозунгами.

Всё больше людей ищут не знания, а уверенность.

Не доказательства, а авторитет.

Не обсуждение, а готовые решения.

В результате политическое пространство всё в меньшей степени формируется интеллектуально активной частью общества и всё в большей — реактивными формами общественного сознания.

Общество становится значительно более восприимчивым к внешнему управлению.

Однако этот процесс происходит не в одной стране и не одновременно во всём человечестве.

В разных странах снижение интеллектуального потенциала идёт с разной скоростью.

Оно зависит от структуры популяции, степени её территориальной изоляции, исторических условий и других факторов.

Поэтому потеря части интеллектуального потенциала одним обществом сама по себе ещё не обязательно приводит к войне.

Военная ситуация возникает тогда, когда несколько взаимодействующих стран в разной степени проходят сходный процесс и к моменту накопления серьёзных противоречий уже утрачивают значительную часть интеллектуально активного населения, способного самостоятельно анализировать происходящее и находить разумные способы разрешения конфликтов.

В одной стране этот процесс может идти быстрее.

В другой — медленнее.

Но к моменту возникновения войны интеллектуальный потенциал противостоящих обществ уже оказывается недостаточным для того, чтобы предотвратить переход накопившихся противоречий в военную форму.

Именно поэтому войну нельзя объяснять снижением интеллектуального потенциала только одной из сторон.

С точки зрения предлагаемой теории, война становится результатом взаимодействия нескольких обществ, каждое из которых к этому моменту уже в определённой степени утратило способность разрешать противоречия на уровне Разума.

В этих условиях возникает потребность в сильном лидере, способном взять на себя ответственность за судьбу страны.

Судьба общества всё больше начинает зависеть от эмоционального выбора одного человека.

Возникает закономерный вопрос.

Почему такой лидер вновь и вновь приводит общество к войне?

Принято считать, что войны начинают политики.

Но политики тоже остаются людьми.

Они принимают решения, опираясь на собственный жизненный опыт.

На свои убеждения.

На своё эмоциональное восприятие мира.

В большинстве случаев лидер не осознаёт глубинных причин собственных решений.

У него нет и не может быть цели, которая выражалась бы так:

«Я должен запустить процесс супрагенетического обновления общества».

Он вообще не знает о существовании подобной теории.

Ему кажется, что он защищает свою страну.

Восстанавливает историческую справедливость.

Исправляет ошибки прошлого.

Защищает свой народ.

Именно так воспринимаются его решения им самим и значительной частью общества.

С точки зрения предлагаемой теории эти объяснения являются субъективной формой осознания более глубоких процессов, происхождение которых остаётся неизвестным самим участникам событий.

Лидер действует в соответствии со своими представлениями о справедливости и угрозе.

Но эти представления сформированы теми же ошибками общества, которым он управляет.

Поэтому война становится для него не сознательным способом достижения супрагенетических изменений, а решением, которое в данных условиях кажется правильным.

Политические кризисы.

Экономические проблемы.

Территориальные споры.

Идеологические конфликты.

Всё это остаётся непосредственными причинами конкретной войны.

Но теория предлагает рассматривать их как проявления более глубокого процесса, развивающегося внутри общества задолго до первых выстрелов.

Снижается интеллектуальный потенциал.

Ослабевает способность общества к самостоятельному анализу и поиску новых решений.

Возрастает влияние групповых и физиологических приоритетов.

Формируется политическая среда, в которой насильственное разрешение накопившихся противоречий начинает восприниматься как допустимое или даже необходимое.

В этом смысле война становится не источником кризиса цивилизации, а его проявлением.

Предлагаемая теория не рассматривает войну как необходимое условие развития.

Напротив.

Она предполагает, что война представляет собой исторически сложившийся разрушительный механизм изменения структуры человеческих популяций в условиях, когда общество не располагает более эффективным способом собственного супрагенетического обновления.

После войны структура популяций оказывается изменённой.

Элиминация части генотипов сочетается с массовыми миграциями и образованием новых генетических связей.

Нарушается сложившаяся территориальная симметрия генотипов.

Расширяется пространство их возможных комбинаций при образовании зигот.

Согласно теории, это повышает вероятность формирования новых вариантов супрагенотипа.

Уже первое поколение, рождённое после масштабного смешивания ранее относительно изолированных популяций, получает новые комбинации значительно различающихся родительских генотипов.

Но результат этих изменений не может проявиться в общественной жизни сразу.

Новорождённые дети ещё не совершают научных открытий.

Не создают новые технологии.

Не определяют будущее цивилизации.

Примерно через двадцать — двадцать пять лет это поколение достигает зрелости.

Оно начинает работать в науке.

В технике.

В искусстве.

В экономике.

В медицине.

В государственном управлении.

Если гипотеза верна, именно в этот период должна возрастать вероятность появления поколения с более высокой производительностью разумной деятельности.

И это даёт возможность сформулировать одно из проверяемых предсказаний теории.

Между масштабным смешиванием ранее относительно изолированных популяций и последующим ростом научной, технической и культурной продуктивности должен существовать статистически обнаружимый временной сдвиг.

Возможно, на протяжении своей истории человечество принимало следствие за причину.

Мы привыкли считать, что война приводит к развитию.

Но теория предлагает другую причинно-следственную последовательность.

Снижение производительности общества по Разуму приводит к накоплению противоречий.

Неспособность эффективно разрешить их создаёт условия для войны.

Война вызывает элиминацию части генотипов, массовые миграции и разрушение прежней территориальной структуры популяций.

Генетическое смешивание нарушает территориальную симметрию генотипов и расширяет разнообразие их сочетаний.

Это повышает вероятность формирования новых вариантов супрагенотипа.

А новое поколение получает более благоприятные условия для формирования аппарата мышления с высокой производительностью по Разуму.

Спустя одно поколение это потенциально может проявиться ускорением научного, технического и культурного развития.

Биологически значимым процессом в этой последовательности является не война сама по себе.

Значение имеет изменение структуры популяций и возникновение новых сочетаний генотипов.

Следовательно, такой процесс принципиально может происходить и мирным путём.

Нельзя исключать, что человечество сталкивалось с проявлениями этой закономерности задолго до появления современной науки.

Люди не понимали биологических механизмов, которые могли лежать в её основе.

Тем не менее на протяжении истории возникали общественные институты и системы коммуникации, способствовавшие удалённым связям между человеческими популяциями.

Правящие династии заключали браки между представителями различных государств, нередко разделённых тысячами километров.

Крупные торговые пути соединяли ранее относительно изолированные территории.

Миграции создавали многоэтнические города и новые популяционные связи.

Межрегиональные браки объединяли генотипы людей, происходивших из территориально удалённых популяций.

Возможно, человечество сохраняло формы общественной организации, способствовавшие его долгосрочному развитию, не понимая биологических причин их эффективности.

Итак, возникает главный вопрос.

Обязаны ли войны существовать в будущем?

На мой взгляд — нет.

Если механизм будет понят, его можно попытаться заменить.

Человечество может научиться сохранять и развивать свой супрагенетический потенциал мирными средствами.

Развитием науки.

Свободным сотрудничеством народов.

Добровольными международными и межрегиональными браками.

Поддержанием удалённых генетических связей между человеческими популяциями.

Изучением механизмов формирования супрагенотипа.

Созданием технологий, способных в будущем компенсировать нарушение пространственной организации супрагенотипа, необходимой для высокой производительности аппарата мышления по Разуму.

Если предложенная гипотеза подтвердится, человечество впервые получит возможность сознательно влиять на процессы, которые раньше происходили стихийно.

Практическая задача теории заключается именно в этом.

Не научиться вести войны более эффективно.

А создать такие механизмы развития цивилизации, при которых супрагенетическое обновление человеческой популяции сможет происходить без войн и массовых человеческих трагедий.

Здесь не утверждается, что представленная гипотеза является окончательной истиной.

Любая научная гипотеза требует проверки.

Она должна обсуждаться.

Критиковаться.

Подтверждаться или опровергаться фактами.

Но если она окажется верной, появится возможность не только лучше понять причины войн, но и заменить стихийный механизм супрагенетического обновления научно обоснованными мирными механизмами развития цивилизации.

Это позволит значительно эффективнее использовать ресурсы, необходимые для разумной деятельности.

Не только материальные ресурсы окружающей среды.

Но и собственные биологические ресурсы человеческой популяции.

Все они ограничены.

Все являются результатом миллиардов лет эволюционного развития жизни и Разума на нашей планете.

Именно поэтому главная цель этой теории — не объяснить войну.

А сделать её ненужной.

Возможно, настоящий прогресс человечества начнётся не тогда, когда оно научится выживать в войнах, а тогда, когда научится обходиться без них.